74

«Они там обсуждают будущее!» Из-за чего наука в стране стала не популярна

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 9. АиФ-Калуга №9 03/03/2021
Научная работа должна начинаться уже в школьном возрасте. Именно для этого и создаются кванториумы.
Научная работа должна начинаться уже в школьном возрасте. Именно для этого и создаются кванториумы. пресс-служба администрации Калужской области

В Обнинске начал работу новый научно-технологический центр. Аналогичные должны появиться в Туле и в Москве. Чем их концепция отличается от существующих и почему это может изменить отношение к науке, рассказал депутат Государственной думы Геннадий Скляр.

Мечтать о космосе

Андрей Хорошавин, «АиФ-Калуга»: Сейчас объявлен год науки и технологий. Как считаете, что важного произойдёт для Калуги?

Геннадий Скляр: Самое важное — открытие второй очереди музея космонавтики, приуроченное к 60-летней годовщине полёта Гагарина в космос. Возможность сохранить историю очень важна, поэтому данное событие позволит возродить интерес к космической отрасли по всей стране. Мы договорились с Роскосмосом все события, связанные с открытием музея и фестивалем «Циолковский», показать всему миру. У нас есть агентство в министерстве иностранных дел, которое отвечает за развитие научных и культурных проектов за рубежом: в Париже, Берлине, Риме. Мы хотим, чтобы наши соотечественники и граждане других стран увидели это событие. Кроме того, это поможет созданию международной ассоциации аэрокосмических музеев, потому что кроме нашего существуют похожие во Франции, Японии, Канаде, США. Это позволит обмениваться информацией и экспозициями.

— Открытие музея — это единичное событие. Как мне кажется, оно не даст такого толчка.

— Это должно стать отправной точкой, стартом, чтобы мы не просто вспомнили свою космонавтику, Гагарина, а говорили о том, каково будущее мировой космонавтики и какое место России в нём. Сейчас мы только получаем какую-то рутинную информацию о работе МКС. Зачастую о том, какие инциденты там случаются. А нужна позитивная повестка, чтобы был позитивный диалог об изучении космоса.

— Мне кажется, что сейчас освоение космоса уже не воспринимается серьёзно, как это было в советское время. Только как какая-то фантастика.

— Сегодня тема космонавтики вовсе не из разряда фантастики. Например, китайцы дали старт симулятору жизни на Луне. Они всерьёз сегодня планируют жизнь городов на спутнике Земли: обсуждают какие построят жилища, откуда будут брать энергию, как обеспечат коммуникации. И в процесс включено все общество. Это вызвало бешеный интерес у миллионов китайцев и особенно у молодёжи. В России также активно развивается космическая отрасль, поэтому торжественные празднования в Калуге могут дать импульс к дальнейшему развитию космонавтики в нашей стране. Ведь и Циолковский когда-то просто фантазировал.

Концентрация идей

— Недавно обнаружил, что сейчас сложно найти детей, которые увлекаются наукой. Оказалось, что есть программисты, инженеры, техники… Однако именно наука мало кого интересует.

— Проблема в России состоит в следующем: нам нужно людям показать, что занятие наукой подкрепляется технологиями, а они выводят новые услуги или продукты на рынок, что у занятий наукой есть конечный результат. Можно посмотреть на пример Обнинска. Если мы берём ядерную медицину, то там есть клиника, где лечат людей, есть центр, где проходят доклинические исследования препаратов, есть учёные, которые разрабатывают новые биологические формулы. Мы видим всю эту цепочку разработки от идеи до лечения конкретной болезни. В этом и заключается идея создания нового Научно-технологического центра в наукограде. Там соединяются исследования и разработки, которые потом оказываются на заводах, которые и производят конечный продукт.

Государство тратится в исследования, которые конечного продукта не создают. Финансирование нужно организовывать под конкретные проекты

— А чем же они будут отличаться от технопарков? Они же сейчас уже существуют в Калужской области и в том же Обнинске.

— Технопарк имеет только два компонента: звено, которое разрабатывает идею, и звено, которое обладает технологиями, чтобы эту идею воплотить в продукт. Однако в нём нет образовательной составляющей, а также промышленной. Кроме того, мы поняли, что важна также специализация. Когда мы формулировали проект НТЦ, то не пытались сделать площадку для всех технологий и продуктов. В Обнинске это парк атомных и медицинских технологий. Создав такое ядро, мы фактически дали пример другим, что не нужно распыляться. Сейчас в Тульской области создаётся такой же центр, в котором прежде всего будут заниматься композитами и новыми материалами, а в Менделеевском центре в Москве будут работать над созданием новых химических материалов.

— А это не создаст ограничений?

— Важно понимать, что должна происходить конвергенция технологий. Мы хотим получить на этой площадке такой кумулятивный эффект, который будет быстро выдавать новые продукты на рынок. Кроме того, это может развить и международное сотрудничество. Ну и самое главное, конечно, образовательная часть. Приведу один пример, в Обнинск приезжали представители посольства Индии, чтобы обсудить как дальше развивать университет.

— И каким образом создаётся образовательная часть в таком проекте?

— На отчёте администрации Обнинска мэр очень хорошо показала, как кванториумы и технолабы, воспитывают школьников, которые дальше пойдут в университет, а затем придут на рынок с новой продукцией. Дети уже со школы могут начинать заниматься чем-то серьёзным. Они понимают, что это не игра, а настоящие исследования и могут увидеть результат, а это кардинально меняет их отношение к образовательному процессу.

Видеть результат

— В начале 2000-х была попытка цифровизации образования. Идея заключалось в том, чтобы использовать современные средства, разработать новые методики и учебные материалы. Однако в итоге оказалось, что, скажем так, учебники просто отсканировали и записали на диски. Идея с научными центрами хороша, но не получится, как и в том случае, что дальше идеи это не продвинется?

— Если мы не ставим конечной целью производство нового продукта, то так и получится. Просто переписывание бумаг. Нам не нужна цифровизация ради цифровизации, как это порой происходит в образовании, медицине, ЖКХ. Здесь цифровые платформы имеют прикладной характер. Мы когда начинали разрабатывать НТЦ, то знали, что у Росатома есть интересы в Обнинске. Узнав про создание центра, они захотели свои новые проекты реализовать именно там. Потому первый завод производства радиофармпрепаратов будет строиться именно в Обнинске на той площадке, где будет производится сырьё для него.

— Насколько я знаю, компании там начали появляться уже давно, разве не так?

— Здесь я хотел бы отметить, что сейчас очень динамичное время и ждать нельзя. Потому начали действовать на опережение. Дело в том, что сейчас ждём решения от Минэкономразвития, которое внесло в правительство для рассмотрения постановление о создании инновационного научно-технологического центра. Но уже до получения официального статуса появилась площадка для компаний, начали работать фирмы. Вот в Сколково в чём недостаток? Там в чистом поле начали строить новые объекты, структуры. Получилось, что там меньше технологий, там больше бизнеса. А у нас на площадке мы используем тот потенциал, который накоплен. Когда мы получим решение правительства, то просто появится возможность для масштабирования.

— Сейчас существует нехватка элементарных компонентов для производства. На некоторых заводах не могут получить конденсаторы, на других реактивы. В чём проблема?

— Нам нужна другая система управления и координации. У нас до сих пор финансирование получает академия наук, а уже она отдаёт средства лабораториям, которые что-то создают, а потом пытаются найти конечный результат. Получается так, что государство тратится в исследования, которые конечного продукта не создают. Финансирование, на мой взгляд, необходимо организовывать под конкретные проекты, под конкретную продукцию. И, может быть, такие научные центры помогут изменить подход. В Обнинске мы соединили медицину и физику. Именно они стали работать вместе и вдруг они стали выдавать ту продукцию, которая точно востребована. Врачи говорят, какой конкретно нужен элемент, с конкретными характеристиками и он будет лечить конкретную болезнь. Физики выполняют их заказ. Если же они будут договариваться на уровне министров в Москве, то ничего никогда не получится. Нам нужно, чтобы перегородки исчезали вот здесь на площадке между физиками и медиками.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах