aif.ru counter
85

«Спасаем от людей». Как работает центр реабилитации диких животных в Калуге

Некоторые животные уже не смогут жить в дикой природе
Некоторые животные уже не смогут жить в дикой природе © / Андрей Хорошавин / АиФ-Калуга

Прилетевшая с Камчатки истощённая медведица Маша, конфискованные обезьяны, подстреленная цапля, бродивший по городу лебедь, жертвы уличных фотографов и ручных зоопарков, цирковые и дикие волки. Спустя 20 лет работы калужский центр реабилитации «Феникс» обрёл свой дом. О постояльцах «Феникса» «АиФ-Калуга» поведала главный их спасатель Вероника Матюшина.

Стечение обстоятельств

Ирина Мещерская, «АиФ-Калуга»: Вы помните первое дикое животное, которому помогли?

Вероника Матюшина: Сова. Наши люди, наверное, начитались Гарри Поттера и решили, что сова идеальна для содержания дома. Я биолог, а дети стали таскать всякую животину в школу. Так и решили организовать живой уголок в школе. Поскольку отдельного помещения не было, в школе мы отобрали старый чердак, 400 квадратных метров с окнами. Старый линолеум постелили, сами с детьми сделали вольеры. После совы появились кролики, морские свинки, птицы. И все это было более 20 лет назад. За все это время у города мы никогда не попросили денег, а просили только одно — землю. Живой уголок разрастался, многим животным нужны не маленькие вольеры, а большие территории. 10 лет мы были в школе, два года стояли у друга в Тульской области, ещё четыре года стоим у друга на территории автобазы в Калуге. А потом один арендатор запустил нас сюда, и мы узнали, что земля городская. Тогда я встала в позу и сказала, что выполняю функцию городскую — мы спасаем людей от диких животных и диких животных от людей. Сейчас нам дадут статус федерального центра реабилитации ввиду нового закона, ко мне придет высокая комиссия — куда мне её привести? Так эту землю нам и отдали. Теперь нам нужны руки.

досье
Вероника Матюшина родилась 8 апреля 1963 года. Закончила Калужский педагогический университет и Калининский сельскохозяйственный институт. Биолог, зооинженер, преподаватель, председатель Калужского отделения Союза охраны птиц России. Также является одним из учредителей общероссийской общественной организации содействия сохранению животного мира «Российское биологическое сообщество».

— Вы изначально специализировались на диких животных или про них уже после стали больше изучать?

— Я профессионал, всегда собиралась работать с животными. Но всего знать невозможно, мы обязаны знать азы и основы. Плюс, терпеть не могу это слово, но я повышаю квалификацию. Литературу биологическую читала с детства, ветеринарную тоже — сейчас всё можно найти на сайтах, можно пообщаться со специалистами и опытными практиками. С лосями столкнулась — перешерстила всю литературу. А иногда и мы что-то можем добавить, потому что в научном источнике написано так, а на практике мы видим другое. От наших знаний или незнаний зависят их жизни (показывает на вольер с медведицей Машей - авт.).

— То есть помощь диким животным — это стечение обстоятельств в вашей жизни?

— Именно. Я вообще собиралась заниматься зоопарком, это моя дипломная работа в университете. Но жизнь сложилась вот таким образом.

— Вы считали, сколько за 20 лет у вас было животных?

— Мы вели журнал, сейчас у меня физически до этого всего руки не доходят. Думаю, несколько тысяч животных через нас точно прошло — кого-то мы выпускали в природу, кстати, некоторые все равно возвращаются, кого-то отдавали по зоопаркам, много животных умерло — потому что почти все травмированные поступают. Особенно жалко и обидно, когда выхаживаешь, делаешь операции, а они всё равно погибают. Последний случай — мы не смогли спасти чёрного аистёнка, которого привезли из Смоленской области. Помимо перелома, у него оказались отбиты внутренности. Его ещё не списывали, закопать его просто так нельзя, он краснокнижный, таких вообще 500 на весь мир.

— Любимчики есть?

— Нет, мы всех любим одинаково. Они же всё прекрасно чувствуют. Волк Ярик очень ревнивый, всем нужно уделить внимание, а медведица Маша — ещё та характерная штучка (смеётся).

В одном направлении

— А как удалось найти мужа, который так же любит животных, как вы? Ведь не часто встретишь человека, который на все 100% будет разделять ваш образ жизни.

— Он режиссёр, но все действительно удивляются и говорят, что я открыла Серёжу им с новой стороны. Мы вместе 10 лет, и другой человек со мной рядом быть не может, он меня заменяет в случаях, когда мне надо в школу. Он для [лося] Сохо — мама. У лося может быть только одна мама, и он только её слушается, у него соску берет. Он сейчас и отлучиться от него надолго не может.

— Вы до сих пор работаете в школе?

— А как же. Иначе нам не на что будет жить. Коронавирус показал, что бюджетники всё-таки получают зарплату. Муж ещё занимается рекламой, вот на эти две зарплаты и живём. И если бы нам не помогали наши друзья и некоторые компании, которые отдают нам пересортицу мяса, овощи и фрукты, мы бы не справились.

— А когда-то вам было так сложно, что захотелось всё бросить?

— Всегда сложно. И много раз бросить хотела. Иногда, как пони, идешь по кругу, стучишься в ворота, а тебя на этот же круг и посылают, или просто не слышат, может, просто что-то обещают. А со стороны на меня смотрят и говорят — дурочка какая-то, на свои деньги все тянет, какая-то блаженная и юродивая. Но как только я опускаю руки и говорю, что больше не могу, тут же звонят. Кому-то снова нужна помощь. И опять по кругу. Животным не объяснишь, да и притом я детей учу, разве я могу им одно говорить, а делать другое.

Набор «не»

— За столько времени вы заметили изменение отношения людей к диким животным?

— Заметила. Люди становятся более ответственными. В этом году мы отметили, что часто звонят и не пытаются нам просто животного сбагрить, а спрашивают, что с ним делать и как поступить. Это очень радует, начали слушать и слышать.

— А если увидели дикое животное, что надо сделать или, напротив, не надо?

— Не надо кормить. Это главное — прикормленное животное будет приходить регулярно, а дикое животное должно бояться человека. Если это животное не нашей фауны — енот, лама, крокодил, то звонят в специальный орган, у нас это может быть МЧС или управление по охране, но телефон им дадут все равно мой. Если дикое животное случайно забрело — это одно, если больное, то вызываем ветеринаров. Главное — не пугаться, не орать, не бежать, не трогать, не кормить.

— А о чём мечтаете?

— Отдохнуть. Меня зовут братья в Латвию, не могу поехать. Я очень хочу на море, а когда? У нас тут каждый день что-то происходит. И это беспокойное хозяйство надо оставлять на таких же безбашенных, как мы, и ответственных. Принять, покормить, проконтролировать, пока нет такой замены — мы привязаны. Вот такая мечта — просто отдохнуть. Но покой нам только снится.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах