В духе Мастера. Писателя Михаила Булгакова отпевали в Калуге

Сергей Топленинов, Николай Лямин, Любовь Белозёрская, Михаил Булгаков . Фото 1930-х. © / Музей М. А. Булгакова / Из архива

10 марта исполнилось 83 года со дня смерти самого мистического советского писателя Михаила Булгакова. Недавно калужские журналисты установили его тесную связь с провинциальной Калугой. Здесь в ссылке проживал его «настоящий лучший друг» (так его сам называл писатель) — Николай Лямин. Он звал его погостить на окских просторах. Сохранилось 21 письмо Булгакову. И лишь два обратных письма Михаила Афанасьевича. Остальные были уничтожены. В Калугу писатель так и не вырвался, но именно здесь, в старинном храме, его друзья простились с ним на церковной панихиде.

   
   
Михаил Булгаков. Фото 1930-х. Фото: Из архива/ Музей М. А. Булгакова

Лучший друг

В феврале 1939 года в Калуге в деревянном домике на улице Марата, 13, поселился скромный филолог — Николай Николаевич Лямин. На хлеб он зарабатывал преподаванием немецкого языка в обычной местной школе (Книга памяти Калужской области называет № 19). После трёх лет северных лагерей ему запретили проживать в Москве и Ленинграде.

Улица Марата в Калуге с видом на храм Покрова на рву. Фото 1940-х. Фото: Из архива/ kompas-kaluga.ru

Родился Лямин в Москве в известной купеческой семье. Изучал западноевропейскую литературу на историко-филологическом факультете Московского университета, занимался переводами. В середине 1920-х годов работал в Государственной академии художественных наук (ГАХН) и одновременно в библиотеке Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ). В 1930-е годы после закрытия ГАХН целиком посвятил себя библиотечной работе. Работал учёным секретарём Государственной библиотеки СССР им. Ленина.

Николай Лямин. Фото 1930-х. Фото: Из архива/ Музей М. А. Булгакова

С Булгаковым он познакомился в 1924 году на квартире писателя Сергея Заяицкого. Михаил Афанасьевич подарил Лямину свой сборник «Дьяволиада» с надписью: «Настоящему моему лучшему другу Николаю Николаевичу Лямину. Михаил Булгаков. 1925 г. 18 июля. Москва».

Николаю Лямину автор читал ещё раннюю редакцию романа «Мастер и Маргарита» и часто играл с другом в шахматы, катались вместе на лыжах.  Осенью 1931 года Лямина задержали в рамках кампании по изъятию у населения валюты и ценностей и около двух недель продержали в тюрьме. Валюты и ценностей у него не обнаружили, и его отпустили. Впечатления об этом эпизоде, рассказанные Михаилу Булгакову, послужили основой для истории сна Никанора Ивановича Босого в его знаменитом романе «Мастер и Маргарита».

«Приезжай, хотелось бы повидаться…»

Впервые Николая Лямина арестовали по доносу весной 1936 года. Его обвинили в антисоветской агитации и пропаганде. Он отбыл трёхлетний срок в Воркуте, в поселке Чибью Ухтпечлага (позже — город Ухта). Освободили досрочно в начале февраля 1939 года. Тогда он и поселился в Калуге, поближе к Москве.

Лямин писал своему давнему другу, звал к себе гости, полюбоваться красотами и тишиной провинциального городка (письма опубликованы m-bulgakov.ru).

   
   

Письмо № 12 из Калуги в Москву 9/II 39 г.

«Дорогой Мака! Из дальних странствий воротясь, я нашел тихий приют в г. Калуге, насчитывающем около 100.000 жителей и расположенном на р. Оке. Здесь много деревянных одноэтажных домиков и садов, имеются превосходные архитектурные памятники конца XVIII и нач. XIX в. Население состоит преимущественно из стариков или, вернее, из старушек, блуждающих по улицам как тени. В 40 минутах ходьбы от меня сосновый бор, река совсем близко. Настроение у меня ровное, вернее, нет никакого. Что буду делать — не знаю. Недели три посвящу приятному отдыху (может быть, он и затянется), а дальше буду послушен велениям судьбы, впрочем, как всегда. Очень мне хотелось бы знать, над чем ты сейчас работаешь (ведь это меня всегда так близко трогало). Кое-какие сведения газетного порядка до меня доходили, но весьма смутные. Напиши подробнее, да боюсь, что ты поленишься. Конечно, исключительно хотелось бы повидаться, только ведь из этого ничего не выйдет. Меня калачом не заманишь в Москву, через которую я промелькнул как метеор. Зная твой характер, опасаюсь, что ты никогда не соберешься в Калугу.

Напиши мне о Люсе, о Сереже. Он, наверное, стал совсем большой и мудрый. Мне почему-то кажется, что прошла вечность с тех пор, как я никого не видел. Крепко целую вас всех, тебя, Люсю и Сережу. Твой Коля. Мой адрес: Калуга. Ул. Марата, д. 13».

Из письма Н.Н. Лямина от 4.IV.1939 г.:

«Было бы мне уж очень приятно, если бы ты меня навестил хотя бы, когда станет теплее. Ехать сюда очень удобно — прямой поезд, одна ночь, мягкий вагон. Билет обратно я тоже мог бы тебе купить заранее. Крепко тебя целую. Много думаю о тебе, о твоих новых произведениях, мне еще неизвестных. Сердечный привет Люсе, пусть Сережа обо мне вспомнит. Твой Коля».

И тут появилась надежда, что Булгаков наконец-то приедет.

Письмо № 16 из Калуги в Москву 2/VII 39 г.

«Дорогой Мака, мне было так приятно узнать, что ты сможешь приехать в Калугу. Ведь мне очень хотелось бы повидать и тебя и Люсю (если это возможно) и почитать какое-нибудь твое новое произведение. Адрес гостиницы: Калуга. ул. Ленина. Гостиница Калужск. Коммун. Отдела. Т. 2-44. Комнату я мог бы заказать тебе заранее, если ты своевременно и точно сообщишь, на какие дни. Если ты приедешь один и в отсутствие Таты, остановишься, конечно, у меня. Питаться при всех условиях у меня. Тата будет в Москве 7, тогда лучше всего сговоришься окончательно. Советую приехать не на слишком короткий срок, т. к. здесь и отдохнуть тебе вполне удастся. Крепко целую тебя и Люсю. Твой Коля».

Письмо № 17 из Калуги в Москву 1/X 39 г.

«Лето прошло у меня приятно. Мы снимали комнату в деревне недалеко от Калуги. Частично жили там сами, частично предоставляли многочисленным друзьям, приезжавшим меня навестить. Много было приятных дней, а когда я остался один, читал запоем различные книги, главным образом по русской истории. В настоящее время дело обстоит несколько хуже, выхожу из дома в 7.30, а возвращаюсь в 3, в достаточной степени разбитый. Младенцы слишком шумливы или не хотят слушаться. Да и обучить их не так просто. Очень надеюсь на зимние каникулы. Может быть, удастся дня на два-три съездить в Москву и повидать друзей. Так тяжело думать, что ты беспомощно лежишь в темной комнате и волнуешься. Я говорил о твоей болезни с моим приятелем, опытным врачом. Он утверждает, что это не только вполне излечимо, но излечимо без всяких последствий. Может быть, ты уже сейчас поправился и сам будешь в силах написать мне о своих главных работах и планах. Крепко целую тебя, Люсю и Сережу. Тата сейчас в Калуге и шлет тебе привет. Твой Коля».

Не сложилось! Булгаков тяжело заболел и практически ослеп. В Калугу он так и не приехал…

В феврале 1940 года под страхом ареста Николай Лямин на один день вырвался в Москву, чтобы попрощался с умирающим писателем. Михаил Афанасьевич уже не вставал с постели и только крепко пожал руку другу на прощание.

Николая Николаевича повторно арестуют в июне 1941 года. Есть данные, что он погиб в саратовской тюрьме в 1942-м. По другим данным, его расстреляли после ареста в Калуге, перед наступлением немцев в октябре. Политических расстреливали в следственной тюрьме, а закапывали там зеки (ныне — следственный изолятор на улице Салтыкова-Щедрина).

Пропадут и более 20 писем Михаила Булгакова. Их уничтожит сам Лямин перед повторным арестом.

Молитвы за упокой

Незадолго до смерти Михаил Афанасьевич просил своего театрального друга Якова Леонтьева: «Люся захочет, конечно, хоронить меня с отпеванием. Не надо. Ей это повредит. Пусть будет гражданская панихида».

Во время смертельной болезни Булгаков завещал отслужить церковную панихиду ещё одному своему близкому другу по «пречистенскому кругу» — литературоведу Павлу Сергеевичу Попову (женатому на Анне Ильиничне Толстой, внучке знаменитого русского писателя Льва Николаевича).

Павел Попов, фото 1920-х. Фото: Из архива/ Музей М. А. Булгакова

Михаил Булгаков умер 10 марта 1940 года. В Доме Союза писателей СССР состоялась гражданская панихида. Его тело кремировали и захоронили на Новодевичьем кладбище в Москве.

Волю покойного выполнил Павел Попов, который приехал в Калугу к Николаю Лямину, близкому другу ещё со времён учёбы на историко-филологическом факультете МГУ.

22 июня 1940 года он сообщил об этом в письме к вдове Булгакова: «Дорогая Елена Сергеевна, из полученного вчера письма узнали, что у Вас 11-го дня был траурный день, а у меня этот день памяти Миши пал на 15-е число; исполнил в этот день его просьбу…тут удалось ещё лучше, больше и простора, и сосредоточенности, который в духе Миши».

Как удалось выяснить журналистам, церковная панихида по усопшему прошла в Калуге, в храме Георгия «за верхом» (Свято-Георгиевском соборе), — единственном храме, который не закрыли перед войной. Службу за упокой души провёл протоиерей Анохин из Волоколамска.

Храм Георгия за верхом в Калуге, где отпевали душу Михаила Булгакова в 1940-м году. Фото: Из архива/ sobory.ru

Кстати, в 1865 году в этом храме отпевали душу и известного бунтаря, опального декабриста, возглавившего восстание на Сенатской площади, Евгения Петровича Оболенского, скончавшегося в ссылке в Калуге в один день — 10 марта (по старому стилю). Мимо этого храма каждый день прогуливался, а возможно, и заходил на службы любимый учитель Булгакова — Николай Васильевич Гоголь, гостивший в Калуге в 1849 году и писавший здесь второй том «Мёртвых душ».

Сам Михаил Булгаков редко бывал в церкви, но в Бога верил: представление о нём совпадало с идеей высшей справедливости. По воспоминаниям его третьей жены Елены Сергеевны Булгаковой, писатель мыслил жизнь после смерти как «постоянное пребывание в том душевном состоянии, в каком человек находился в момент совершения либо своего самого страшного греха, либо наиблагороднейшего поступка».